18:11 

Какая однако...

Пирра
Говорить правду легко и приятно
...забавная штука жизнь. Ходит-ходит за тобой дяденька и хочет совсем не того, что хочет большинство дяденек написать с тобой в соавторстве книгу да, раньше таких извращений мне не предлагали, вежливо посылаешь-посылаешь дяденьку, а он не понимает отказов в упор а в этом прямо совсем такой, как большинство дяденек, пока не пошлёшь его уже невежливо. И сразу же после этого, буквально на следующий день вызывает тебя директор и говорит: "А давай напишем книгу в соавторстве!" и это - увы! - не вопрос. Такова, видимо, судьба моя. Может, хотя бы насильственным способом напишу книгу, раз добровольно так и не сподобилась. Монография, которую тоже, помнится, пришлось писать через "не хочу", "задолбали" и "шли бы вы нафиг", вроде неплохо получилась.
И чтобы два раза не вставать выложу маленькую психотерапевтическую сказку, одну из тех, что написала по заданию психолога. Предупреждаю: она весьма личная, не особо позитивная и изобилует водными конструкциями.

Сказка о паззле и его страданиях в поисках своего места

Жил-был паззл. У него был один бугорок и три впадинки Он был светло-красный или даже красновато-оранжевый и только на самом кончике бугорка и него было немного бежевого цвета или, может быть, телесного. То есть, паззл ничем особенно не выделялся среди своих соотечественников, разве что у большинства паззлов бугорков и впадинок было по две, но всем паззлам известно, что количество и соотношение бугорков и впадинок – это не повод для хвастовства или, тем более, дискриминации, ведь каждый паззл создан именно таким, какой он есть, чтобы стать гармоничной и неотъемлемой частью картины.
В детстве наш паззл, как и практически все паззлы, кроме самых легкомысленных, частенько думал о том, что же на нём изображено. У него было две основные версии: пламя костра и чьи-то рыжие волосы. Как видите, наш паззл был весьма романтичен. Впрочем, он полагал, что будет рад любому изображению, главное, что его существование будет иметь смысл.
Поначалу жизнь нашего паззла была вполне традиционна: его перевернули, тогда-то и выяснилась, что на нём изображено, затем, когда все паззлы оказались перевернуты, наш паззл собрали в одну кучу с другими паззлами красного цвета. Кстати, паззлу уже тогда показалась, что у всех его соратников оттенок более яркий, алый, а не приглушённый светло-красный, как у него самого, однако он приказал себе не быть мнительным, и стал вместе со всеми терпеливо дожидаться своей очереди. Картина была огромной, паззл, понятное дело, не знал всех других паззлов, но полагал, что их минимум тысяча, а можем и две, а то и – на этой мысли его сердце сладко замирало – три. Поэтому до сравнительно небольшой кучки красного цвета дело дошло не сразу, но наш паззл был терпелив: он знал, что его время придёт.
И вот час пробил. Соседние паззл исчезали один за другим, многие из них возвращались, но остальные становилась частью картины. Наконец примерили и наш паззл. С высоты он успел разглядеть сложенную больше, чем на половину, картину, она изображала русалочку Ариэль, вместе с крабом Себастьяном, рыбой Флаундером и другими подводными обитателями. «Волосы! Я знал, я знал!», – успел подумать наш паззл, когда его начали прикладывать к месту соединения рыжих волос русалочки и её бежевого лба. Однако ни к одному месту паззл не подходил, в лучшем случае совпадали только две впадинки или впадинка и бугорок. Наш паззл стал паниковать: «Только один бугорок и целых три впадинки», – думал он – «дискриминация там или не дискриминация, но ведь это действительно ненормально, мало ли что там бывает в других картинках, хоть все четыре впадинки, ведь среди наших я не видел не одного паззла с разным количеством бугорков и впадинок!». Отчаяние боролось в паззле с надеждой, когда его отложили. «Когда один ряд будет собран, то место для меня найдётся обязательно», – думал он, но сам себе не верил. В тот момент ему было ужасно тяжело, ведь то, что составляло краеугольный камень его существования, подверглось сомнению. Понятное дело, что паззлу не нашлось места и в следующем ряду и следующем за следующим. Ведь он был не полностью красный, а с бежевым кусочком. Несколько раз его грубо пихнули в неподходящие даже на вид места и отодвинули в кучку к другим неудачникам, на которых было изображено непонятно что.
Некоторое время наш паззл провёл, оцепенев после осознания того факта, что даже эти неудачники имели по два бугорка и две выемки. Он лежал в прострации, пока соседние паззлы разбирали. Оказалось, что у большинства из них важная роль. Например, один с совсем невнятным сочетанием цветов оказался пальцем русалочки, положенным на голову крабу, аккурат на ус, это и объясняло сочетание бечевого, розового, омарового и чёрного. Наш паззл лежал и думал: «Если не волосы, тогда значит пламя. Только откуда возьмётся пламя под водой?!», – и горько смеялся.
Разумеется, никакого костра под водой не было, это стало окончательно понятно, когда картинка была полностью закончена. Завершённая и прекрасная лежала она перед нашим паззлом, маленьким и пугающе несовершенным со своими тремя выемками и одним бугорком. Тогда он осознал: «Я вообще не из этой картины, я изначально не принадлежал ей. Я вообще никакого отношения к ней не имею. Я просто ошибка!». А потом он понял, что где-то существует картина, которая не сможет быть полностью собранной без него, что здесь он лишний и ненужный, а где-то девятьсот девяносто девять паззлов, да хотя бы только девять, не могут исполнить своё предназначение, пока он тут лежит и жалеет себя.

Конец

@темы: Житьё мо, Творчество

URL
Комментарии
2013-10-27 в 19:34 

Сусуватари
водные конструкции доставили!
Очень яркая сказка. Мне она нравится. Ты очень и очень талантлива.

2013-10-27 в 19:55 

Пирра
Говорить правду легко и приятно
Сусуватари,
Спасибо большое. Рада, что сказка понравилась.
Мне почему-то сложно писать о себе, поэтому я пишу о принцессах, лисах, паззлах., зато их и показать кому-нибудь можно, всё-таки они вроде бы не совсем про меня.

URL
   

Ромашковая поляна

главная